Трое с площади Карронад - Страница 5


К оглавлению

5

Славка поднял руку.

— Яков Павлыч, можно выйти?

— Сделай одолжение. Можешь даже не возвращаться, с тобой у нас дела на сегодня кончены.

— Да нет, я на минуточку! — испугался Славка.

Он мигнул Аверкину: «Не бойся». И выскочил в коридор. И тут же обругал себя балдой. Ручку-то не взял! А в коридоре, как назло, — ни души.

Женька страдает и ждёт. Положение действительно «NC»: урок скоро кончится. Внизу уже весело голосит малышня: первоклассников часто отпускают минут за пять до звонка.

Славка помчался на первый этаж. Первоклашки носились по коридору и толпились у выхода. На коричневых ногах-стебельках, в пёстрых неформенных рубашках, с разноцветными ранцами, они были похожи на какие-то растеньица, сбежавшие с грядок и газонов.

Славка не умел обращаться с представителями младшего школьного возраста, но сейчас выхода не было. Он быстро глянул: кого бы остановить? Вдоль стены гарцевал верхом на швабре, взятой напрокат у технички тёти Лизы, пацанёнок в клетчатой рубашонке. На спине у него подпрыгивал зелёный ранец, украшенный Винни-Пухом из мультфильма.

— Эй, наездник!

Мальчишка сделал разворот и подскакал. Глянул на Славку бесстрашно и весело.

— Хорошая у меня лошадка?

— Хорошая, — торопливо сказал Славка. — Послушай, выручи, пожалуйста. У тебя есть ручка? Лучше, бы шариковая…

— У меня всякие есть!

Он с радостной готовностью скинул ранец и вытащил из него толстый пучок фломастеров, карандашей и авторучек, стянутый резинкой.

— Выбирай. Тебе насовсем?

— Мне на минуточку. Спасибо, Наездник…

…Через три минуты Славка смирно сидел в классе, с интересом смотрел в окно и показывал Женьке из-за локтя ладонь с мелкими фиолетовыми цифрами. Аверкин радостно шпарил в тетради строчку за строчкой. Потом благодарно опустил ресницы.

Весело затренькал звонок.

Наездник

Славка вместе с Аверкиным вышел в коридор.

— Спас ты меня, — сказал Женька. — Прямо за уши вытянул.

Он вытащил из кармана мятый, но довольно чистый платок. Начал стирать с ладони буквы, спохватился, отдал платок Славке:

— Вытри руку.

Славка попробовал, но без успеха: чернильные иксы, плюсы и минусы въелись в кожу.

— Всухую не оттереть…

— А ты помусоль. Вот так… — Женька смешно полизал растопыренную ладошку. Потом, видя, что Славка опять возится с платком, торопливо вытер ладонь об острую поцарапанную коленку. Коленка сделалась лиловой.

— Ну вот, покрасился, — с упрёком сказал Славка. — Нет, я потерплю до дома. Целое уравнение мне всё равно не съесть.

Женька с задумчиво-огорчённым видом разглядывал на ладони размазанный «сигнал бедствия».

— А почему ты SOS не написал? — спросил Славка.

— SOS все понимают. Яков Павлыч, если бы заметил, дал бы такой SOS! А это… — он помахал рукой с растёртыми буквами, — мало кто знает.

— Жень… А как ты догадался, что я это пойму?

Женька заулыбался:

— Я у тебя в портфеле красный справочник видел. Ну и подумал: если у человека такая книжка, он знает, наверно…

Славка опасливо глянул на Аверкина: не увидел ли Женька в портфеле кое-что ещё? Вернее, кое-кого. На самом дне, под учебниками. Но Аверкин улыбался бесхитростно.

— Ты откуда знаешь свод сигналов? Занимался? — спросил Славка.

— Немного. Я в этом году в детскую флотилию хочу пойти, в группу рулевых-сигнальщиков… Туда с двойками не берут, вот я и засигналил тебе…

— А где такая флотилия? — заволновался Славка.

— На Пушкинской, над Малой бухтой. Недалеко.

— Там парусная секция есть?

— Не знаю. Но я спрошу сегодня, если хочешь.

— Хочу, — сказал Славка. — Ещё бы… Ты не забудь, спроси. Ладно?

Они вышли на крыльцо, и сразу — тр-р-р-р: словно кто-то прочертил мелом пунктир через площадь! Это в своих белых сандаликах радостно мчался к ним Наездник.

— Привет! Ну что, помогла моя ручка? — Помогла, — сказал Славка. И объяснил Женьке: — Я его ручкой твоё уравнение писал. Свою-то забыл.

— Целая бригада меня спасала, — вздохнул Женька. — Даже неудобно…

Наездник переступил с ноги на ногу и осторожно потянул Славку за рукав.

— Что тебе? — спросил Славка.

Мальчишка встал на цыпочки и осторожно прошептал:

— Прокати меня… пожалуйста…

— Как это прокати?

— На плечах. Я люблю кататься.

Славка слегка обалдел от такого простодушного нахальства:

— Ничего себе заявочка!

Но он помнил про авторучку и понимал, что нельзя быть неблагодарным. Вообще-то, если разобраться, катать Наездника должен Аверкин, но как-то неловко торговаться.

— А далеко тебя везти?

— Не-е… До лестницы и назад! — Ну, давай…

Славка присел. Наездник прямо с крыльца ловко перебрался ему на шею. Он оказался лёгонький, словно кости у него были трубчатые, как у птахи.

— Ты держи меня, — предупредил он.

— Ещё и держи его… — проворчал Славка и ухватил Наездника за бока. — Ноги убери, ты мне каблуками рубашку извозишь.

Наездник послушно вытянул вперёд ноги в жёлтых гольфах и белых сандаликах.

Женька смотрел на Славку и Наездника с весёлым интересом.

Славка трусцой пересёк площадь туда и обратно и ссадил пассажира на каменный парапет крыльца.

— Спасибо, — с достоинством сказал Наездник.

— На здоровье…

Наездник ускакал к приятелям, которые резвились под деревьями. А на крыльце Славка увидел ребят из своего класса. И среди них Любку Потапенко.

— Кони сытые бьют копытами… — пропела Любка.

5